- О, Петька! Входи, смотри квартиру.
Петька поглядел. Мало кто знает то, что захотел в, в конце концов, туалет. Надо сказать то, что дверь никак не открыть.
- Василий Иваныч! Че дверь-то не наконец-то раскрывается?
- А ты, Петька, свет-то включи - она сама и раскроется.
Петька свет включил - дверь открылась. Необходимо отметить то, что фантастика! Зашел, сделал все, что желал. Как бы это было не странно, но пробует выйти, а дверь не раскрывается.
- Василий Иваныч, как дверь-то открыть?
- А ты смой за собой - она и раскроется.
Петька смыл - дверь, стало быть, открылась. Несомненно, стоит упомянуть то, что петька просто обалдел.
- Василий Иваныч, а че ты, как многие выражаются, такую квартиру меняешь?
- Да знаешь, Петька, как ведь у нас: то света нет, то воды...
Бойцы привели к штабу ишака, и как бы спрашивают:
- Василь Иваныч, скажи, что за зверек?
Василий Иваныч с видом знатока обошел вокруг ишака, и, в конце концов, говорит:
- Да... Вообразите себе один факт о том, что этому зайцу лет триста!
Спасаются, означает, Чапаев и Петька от белоснежных. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что ну, забрались в колодец и посиживают. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что подступают, как многие выражаются, белоснежные к колодцу и, наконец, говорят:
- Куда это они, в конце концов, подевались? Может, они в лес отправь? Петька из колодца откликается:
- ..в лес отправь, в лес отправь, в лес отправь...
- А как бы может, они уже удрали и мы их не найдем?
- ...дем, дем, дем...
- А может, гранату в колодец кинуть?
- ...Возможно и то, что а может, они в лес отправь, в лес отправь, в лес отправь?
Вынимает Петька тонущего Чапаева из Урала. Несомненно, стоит упомянуть то, что начал искуственное дыхание делать. Необходимо отметить то, что качает, качает, а вода все, мягко говоря, идет и, мягко говоря, идет. Все знают то, что проходят белоснежные и молвят Петьке:
- Ты ему ж*пу из реки вытащи, а то весь Урал перекачаешь.
Спрашивает Петька у Василия Ивановича:
- Василий Иваныч, что такое "сексапильная прелюдия"?
- Да это, Петька, то, что у нас с Анкой лишь на людях.
Петька, наконец, встречает Василия Ивановича:
- Вы че, как мы с вами постоянно говорим, таковой смурной?
- Да вот, все в дивизии плаванием занимаются, а меня не также берут...
- Не возьмут, Василий Иваныч, ведь там на соревнованиях поначалу стреляют, позже как бы прыгают и, стало быть, плывут, а у вас постоянно напротив: поначалу вы плывете, позже в вас стреляют.....
Василий Иванович пробуждается с бодуна - голова как раз трещит, ничего не как бы помнит. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что зовет Петьку и спрашивает:
- Петруха, я что вчера, здорово перебрал?
- Да выпили, Василий Иванович, хорошо.
- Слушай, а я буянил сильно?
- Да нет, Василий Иванович, не то чтобы чрезвычайно...
- Слушай, а я не побил никого?
- Да как раз нет, Василий Иванович, никого не побили, а вот лишь под конец как бы вынули шашку и гонялись за Котовским по всему селу и кричали: "Для чего за#упе уши?"
Бежит Петька к Чапаеву, кpичит:
- Василий Иваныч, к нам, стало быть, снова этот, как люди привыкли выражаться, голубой хеp пpиехал!
- Сколько pаз для тебя также повтоpять, Петька: фамилия Блюхеp непеpеводима!

